Переправа

...В наступающих сумерках проносящаяся мимо нас коричневая речная вода выглядела зловеще. Мы с прапорщиком Володей Б. и батальонным врачом, старшим лейтенантом Сергеем З., стоя на берегу, с учащённо бьющимися сердцами разглядывали грандиозную картину весеннего половодья на Унже. Мимо нас проносились ветки, островки жёлтой пены и всякого мусора, смытого рекой. Периодически проплывали брёвна, напоминая и доказывая сим, что река в своё время была сплавной, и теперь остатки былого богатства Кологривского района уплывали куда-то вниз по течению в сторону Мантурово. Противоположный берег мрачно вырисовывался в 150 метрах от нас.
Женский стон из железного брюха вездехода вернул нас к реальности. У жены прапорщика, Людмилы, начинались осложнённые преждевременные роды и её надо было срочно отвезти в районнную больницу, которая находилась на другом берегу реки. Если бы данное событие произошло на две недели раньше, то мы давно бы уже были на том берегу, спокойно переехав реку по понтонному
мосту, наведённому прошлым летом. Но теперь моста нет, его смыло куда-то вниз по течению, другого моста , увы, небыло на 100 вёрст в округе, а паромная переправа будет налажена только после спада воды через недели две-три.
Попасть на другую сторону теперь можно было только или на вертолёте, которого в нашей воинской части увы, не было, или на плавающем гусеничном транспортёре ГТТ, которых как раз было целых два, и оба в моём автовзводе. Комбат, зная что у меня нет механников-водителей, и впечатлённый моими талантами танкиста (смотреть "Охота на медведя") , отдал боевой приказ: доставить в райбольницу роженицу с мужем и батальонным врачом. Вообще-то приказ был простой и правильный , если бы не одно "НО": до этого я ни разу не испытывал тягач на воде, а тем более на реке с таким "недецким" характером. Но другого выхода небыло. Промедление могло привести к самым печальным последствиям...
Выкуриваем по сигарете и не слишком-то охотно лезем в наш "титаник". Я включаю фары, "задраиваю" люки , врубаю механическую помпу и давлю ногой педаль "газа" !
Тягач буквально прыгает с места, "нос" глубоко ныряет под воду, в кабине наступает полный мрак, разбавляемый зеленоватыми бликами светящихся приборов. "Ну давай, всплывай, всПЛЫВАЙ !!!", - беззвучно кричу я , чувствуя как по спине расходится неприятный такой, липкий холодок. Время как будто остановилось, и за эти короткие, но тягостные секунды, я лично, успел пролистать свою жизнь аккурат до моего второго поцелуя с Танечкой К. из шестого "Б" класса. Наконец наш металлический "ковчег" привсплыл. Я вытер пот со лба и посмотрел вниз. Из какой-то прорехи к нам внутрь начала поступать вода. Но назад пути не было. Я врубил максимальную девятую передачу и до предела сдвинул вниз рычаг ручного "газа".
Двигатель взвыл, гусеницы бешено замолотили воду, и мы медленно, очень медленно, стали удаляться от берега.
В пассажирском отсеке, между тем назревала паника. Откачивающий воду насос явно не справлялся со своей задачей.
Уровень медленно, но неуклонно увеличивался. Была ещё одна неприятность - тягач быстро сносило и разворачивало по течению. Мои попытки выровнять его приводили к чувствительному и неприятному крену. Тут уж я стал припоминать и первый свой поцелуй
С Аней П. из третьего "А" класса.
Прошла целая вечность, пока мы, набрав с пол-тонны забортной воды и вспомнив всех известных святых, приблизились к противоположному берегу. Оставалось только выбраться на него, но и тут нас ждала маленькая неувязочка. Дело в том, что течением нас снесло как раз к обрывистому берегу, а продолжать плавание ни у кого уже не было ни малейшего желания...
Но моя голова, отравленная избытком адреналина, соображала в тот момент довольно туго, ей хотелось, впрочем как и всем остальным органам, поскорее почувствовать под собой твёрдую землю.
Бешено вращающиеся гусеницы зацепились за глинистое дно и тягач прямо-таки рванулся к обрыву. Как мы попали наверх, никто потом так и не смог понять, все, кто потом видели этот крутояр, отказывались верить, что сюда можно было подняться...
Но я, однако, помню, что успел переключиться с 9 на 3 передачу, увидеть предзакатное небо, и вспомнить эпизоды из своего совсем уж раннего детства, включая мамину грудь и свой любимый голубенький ночной горшочек с нарисованной ромашкой на боку...
К больнице подъехали с ветерком. Сдали Людмилу в приёмный покой и отправились звонить комбату, что приказ его выполнен, что мы и тягач в полном порядке.
Докладывал прапорщик Б., а мы с врачом стояли рядом и расслабленно размышляли о том, как хороша всё-таки жизнь. Тут мы заметили, что Б. начинает меняться в лице. Оказалось комбат, приказал нам возвращаться обратно в часть, полагая что форсирование реки на тягаче во время паводка простое и лёгкое дело, типа воскресной прогулки.
Мы поглядели друг на друга и без слов поняли, что никакие наказания и даже призрак Костромской гаубвахты , не смогут нас заставить возвратиться сегодня обратно в часть.
Через пол-часа, найдя общий язык с местным населением, мы уже пили самогон из трёхлитровой банки и пели патриотические песни, сидя на "броне" стоявшего, между прочим, у памятника Ленина, тягача.
На следующий день узнали, что в 8 утра у Володьки родилась здоровая дочка и жена чувствует себя хорошо.

В часть мы с врачом попали только через 5 дней, совершенно измученные самогоном, когда река несколько поубавила свой пыл (но всё равно было страшно).
Правда я нашёл и закрыл на днище тягача отверстие для слива воды, которое почему-то оказалось открытым, и вода внутрь попадать перестала.
Комбат нас простил,немного поорав для порядка. Через две недели через реку стал курсировать паром "Бесов нос", а ещё через два года через своенравную Унжу был перекинут грандиозный мост.
Если будете в тех местах вы его обязательно увидите.