Причастных - с наступающим!

…Большой поднимался по лестнице. От двери квартиры, его отделял всего один лестничный пролёт «хрущёвки». Большой шёл домой. Автомат привычно оттягивл плечо, каска болталась на ремне на поясе. Бедро грели два рожка в набедренном кармане… «Сейчас пацанам позвоню - пойдём постелям в лесок. Пяток ВОГов для подствольника у меня в РД ещё осталось…» - думал Большой, нажимая на кнопку звонка. Дверь открылась почти сразу. Правда, вместо ожидаемой мамы, дверь Большому, открыл старшина, оставшийся в где то в там, в армии… Старшина сделал страшное лицо, покраснел, и что есть мочи, заорал: «Тебе что, солдат, особое приглашение требуется? Подъём, мля! Боевая тревога!»

… Сон неожиданно оборвался. Большой уже вставал с кровати, стоявшей в армейской полевой палатке. Слава Богу, что это был сон – подумал Большой. -Подобного облома на яву, я бы не пережил…
Вошёл командир. Бодрый и подтянутый, что казалось странным для столь раннего (или ещё позднего) часа. На часах было 01:30. Поспать удалось полтора часа…

Командир, не дожидаясь, когда солдаты построятся, приказал всем грузиться в стоящий рядом, заведённый «Урал». Задача будет поставлена по дороге.
Полуспящие солдаты, толкая друг друга и бряцая оружием, начали грузиться в кузов. Командир, полез к солдатам. Как только борт за ним закрылся – «Урал» рванул с места и, ревя мотором, подскакивая на кочках и разбрызгивая грязь, ушёл в темноту. Тряска согнала остатки сна с солдат, и командир, кое-как примостившись на лавке у борта, пытаясь перекричать рёв мотора, начал ставить боевую задачу….


… За той бандой, гонялись все, кому не лень. Десантники, спецназы всех ведомств и мастей, ВВшники, мотострелки. Но, каждый раз, банде удавалось уходить…

Раздолбят колону. Пока подмога прискачет, а уже и нет никого… Только кучка гильз стреляных, да пара тубусов от «шайтан-трубы»… Горящая техника, и 200е с 300ми наши… Все скрипели зубами, грозились отмстить, но ещё ни у кого ничего не получалось… Каждый раз, банда как сквозь землю проваливалась.

… Согласно данным, имеющимся у командования, банда Бабая (изменено автором) находится сейчас в селении П…е – вещал командир, перекрикивая рык мотора. Наша группа, будет высажена в 5 км от селения. Наша с вами задача, скрытно, не обнаруживая себя, проверить данные и в случае их подтверждения, вести наблюдение. Вступать в бой –запрещено, выходить на связь – запрещено. Радист: рацию выключить. Себя не обнаруживать! Более подробно – инструктаж на месте, по обстановке. «Урал», чихнув пневматикой тормозов, замер на месте, заглушил мотор и погасил весь свет. Группа высадилась.

На место прибыли минут через 40… Залегли. Заняли позицию на верхушке левой от дороги горы. Селение находилось как бы в воронке. С трёх сторон его окружали невысокие горы, с почти отвесными стенами, а с четвёртой – пологий подъем с дорогой. Дно «воронки» было достаточно большим по площади, и дальняя часть воронки не просматривалась.

Прямо у дороги, на отдалении метров 100 от всех прочих домов и построек, стояло добротное кирпичное здание в два этажа. В некоторых окнах горел тусклый, жёлтый свет слабых электрических лампочек. Тусклый фонарь на крылечке, освещал два оставшихся куска вывески: «Ми» и «ция»… За зданием, так, что бы не было видно с дороги, были припаркованы две «шишиги» с тентами на кузовах.

Снайпер припал к оптике: « В окнах здания наблюдаю вооруженных людей. Некоторые легко ранены, в бинтах, один видимо врач - в белом халате. Численностью больше десятка точно. Судя по внешности – все местные. Одеты кто во что, оружие…»

Снайпер не успел закончить. Командир молча забрал у него СВД и сам припал к окуляру…

Через несколько минут, пошарив оптикой по всему селению, командир вернул снайперу его оружие. Собрав вокруг себя группу, командир шёпотом заговорил: «Похоже, парни, мы самого Бабая наблюдаем. Наша задача, не дать ему уйти. Авиация, что бы не снести всю деревню, сможет работать только с рассветом. Мы же, делимся на группы. Одна группа остаётся здесь, другая перекрывает дорогу. Больше им вроде бы, уйти некуда. В горы вряд ли полезут. Наша с вами стена самая проходимая. Старшим остающейся группы назначается Карабас. Группой перекрывающей дорогу, командую я. Карабас: попытаются уходить – открываем огонь. Попрут куда мимо дороги – укажешь направления трассерами. Мы подтянемся. Пойдут по дороге, мы их встретим. Не дайте им уйти любой ценой. Рацию включите, не раньше, чем начнёте стрелять, либо когда отработает авиация. Всё, с Богом…»
Командир отобрал себе людей. Группа растворилась в темноте.

Большой остался в группе наблюдения. Карабас, сержант контрактник, запретил спать. Большому он выдал оптику от СВД, невесть откуда у Карабаса взявшуюся.

Борясь со сном, Большой стал водить оптикой по деревне, и по зданию. На крылечко здания, вышли двое парней. «Молодые, бороды ещё не отрастили, наверное, мне ровесники» – подумал Большой.
Внимание! - раздался шёпот снайпера. - К ним кто то подходит!
Действительно, в темноте, по дороге, к зданию приближались два силуэта…
Вот ведь, глаза – подумал Большой. – Я бы и не заметил, пока они на свет не вышли бы.

Два силуэта оказались стариком и местной девушкой. Старик с одним из парней вошли внутрь здания, девушка - передала корзину с едой (Большой в оптику разглядел) оставшемуся парню. Они разговаривали о чем то между собой. Улыбались…

Большой всё таки заснул. Это получилось сразу же, как только он отдал кому то из парней оптику.
Чувствительный тычок по рёбрам, вывел Большого из сна. Что то, не разборчиво, закричала рация, голосом командира. Вокруг было уже почти светло, гудели моторы вертолётов…

Вдруг, что то зашипело в воздухе , почти над головой. Большой задрал голову. Грозно зашипев ещё раз, и притормозив «двадцатьчетвёрку», стартовал второй НУРС.

Через несколько секунд, ухнуло на земле. Потом ещё раз… В том месте, где ночью стояло здание, поднялся столб огня и дыма. Зайдя с другой стороны, выпустила НУРСы, вторая «двадцатьчетвёрка». Кто сказал, что «шишиги» не умеют летать? Умеют! Подкинутые взрывами, обе «шишиги», разбрасывая горящие запчасти, совершали сальто в воздухе, метрах в 15 от земли…

Сделав пару проходов боеприпасами помельче НУРСов, вертушки, круто развернувшись, ушли. Карабас, оторвав от уха наушник рации, заорал: «Всем вперёд, чистим… Никто из них не должен уйти! Вперёд! »

В общем то, уходить уже было не кому. От здания остались одни руины. Да и те выглядели точно не как новенькие. Петляя, цепляясь руками за камни, и рискуя сорваться с почти вертикальной тропинки, парни спустились вниз. Бегом, преодолели оставшееся расстояние до остова здания. Тем временем, справа от парней, тем же занималась группа, перекрывавшая дорогу.

Полезли в дымящиеся развалины. Что там можно найти? Пару оплавленных автоматов, пару кусков жареного мяса, даже не понятно кому принадлежавшего. Остовы «шишиг» догорали метрах 30ти…
Под одним из провалов окон, Большой обнаружил половину туловища с головой. По обгорелому лицу, Большой узнал парня, ещё ночью разговаривавшего с девушкой, принёсшей еду в корзине… Они оба улыбались… Ночью… Недавно..

Две группы соединились на развалинах. Командир приказал проверить деревню. Не успел ли кто из банды спрятаться среди «мирных» жителей.

Группа снова разделилась на две. Одна часть пошла по домам слева, другая – справа от дороги. Надо сказать, авиация отработала на этот раз просто великолепно. Бывшее здание «Ми..ции» разнесено на мелкие камешки, а у прочих, только стёкла кое где повышибало… Да итотолько у крйних домов. Рядом с подвальным окном одного из крайних домов, Большой увидел детскую фигуру. Пацан лежал на земле лицом вниз. Видимо, увидел вертушки, хотел в подвал залезть, но не успел. Взрывная волна ударила.

Мальчик, лет 10-11ти, имел ссадины и царапины на теле, был без сознания. Большой присел на корточки, посадил тело на себе на колено. Кто то из парней похлопал мальчика по щекам: «Мужик, давай, приходи в себя! Жизнь прекрасна!..»
Глаза мальчика открылись. Мутным взглядом он посмотрел на разукрашенные рожи разведчиков. И, тяжелым языком сказал: « Я ещё не мужик ».
- Это почему? – опешили разведчики.
- Я ещё не одного русского не убил…- ответил паренёк и встав с колена Большого, шатаясь, побрёл к дому.


Большой с Дрыном обходили дворы и дома. В общем то, кого либо найти, было маловероятно. Да и не их, разведчиков, это работа. Для этого ВВшники есть. Но, приказ есть приказ. Большой поднялся по скрипучей лестнице одного из домов на второй, получердачный, этаж. Следом, бряцал оружием Дрын… В кругу света, пробивавшегося через маленькое оконце, в окружение какого то хлама, на стуле, сидел старик. Большой никогда не понимал поведения местных старцев. То на улице сидят, как истуканы, сутками – на горы смотрят. И хоть ты им «бэтэром» по ногам проедь – один фиг не шелохнутся, смотреть на горы будут. Наличие старца на чердаке, Большого не удивило. Он обошёл его вокруг, потыкал стволом автомата в кучу тряпья в углу…
Вдруг, раздался крик Дрына, так и застрявшего на лестнице: «Граната!». Большой тоже краем глаза заметил движение: старец, полез за пазуху, и вытащил оттуда что то овальное, зажал в кулаке. Если Дрын просто упал с лестницы вниз, то Большому, пришлось бы как то обогнуть старика, потом как то спускаться по лестнице… Долго! Большой выбрал более кроткий путь: в окно. Оттолкнувшись ногами от пола, Большой лбом, вышиб окно, вылетел «рыбкой» в проём, приземлился на крышу какого то сарая, оттолкнулся вновь, приземлился на землю. Упал, как учили: кувырок, ногами к взрыву, прикрыв затылок руками. Но, взрыва не последовало. Вместо него, над нерусским селением понёсся раскатистый, чистый смех Дрына, торчавшего из окна, выбитого Большим, по пояс.

Оказывается: старик вытащил из кармана какую то скомканную тряпку. Дрын, сперва принявший тряпицу за гранату, струхнув, заорал «граната», спрыгнул вниз по лестнице. Потом, разобравшись, что к чему, снова полез на чердак, где и обнаружил разрушения, оставленные Большим. Ну а на земле, самого Большого, целого и невредимого. Как Большой, с автоматом, РД на плечах, обвешаныйм кучей всяких прочих «полезностей» и «нужностей», пролетел в окно, остаётся загадкой до сих пор, ибо даже без всего перечисленного, в то окно, он пролезал «в натяг». Да и лоб Большого оказался крепким: рама разлетелась в мелкую щепу.

Обратно ехали с подоспевшими «как всегда во время» ВВшниками. Те прошлись по дворам ещё раз, прихватили каких то двух парней, которых десантники даже не нашли, и погнали восвояси. Десантники, разогнав законных владельцев, ехали на броне головного БТРа. Ибо не положено разведке пыль за кем то глотать.

И не доехал. Километра за три до места, БТР остановился. Прозвучала команда «К машине». Разведчики, попрыгали на землю. БТР, приняв на броню согнанных ранее ездоков, уехал вместе с колонной. А группа вновь ушла в «зелёнку».

Командир сразу же объявил группе привал. Собрал вокруг себя солдат и заговорил: «Вованы», обещали нас, принять накормить-напоить и до дома довезти. Вы же, крутизна, их с ихнего же «бэтэра» согнали… Из чего я понял, что пока вы не сильно устали, в располагу к ВВшникам, вам нельзя никак. Теперь серьёзно…» Лицо командира посуровело, в голове зазвенело железо: « Расположение подразделения ВВ, вот уже пятый день, терзает снайпер. Уже четыре 200х… Охамел настолько, что после выстрела даже позицию не меняет. Стреляет ещё 2-3 раза, и только потом уходит». Жестом руки командир подозвал всех к карте.

ВВшники располагались в каком то толи заводе, толи комбинате. Территория была огорожена бетонным забором и имела несколько зданий. Вдоль всего забора, шла железнодорожная ветка, на территории комбината и оканчивающаяся. За «железкой» был лес. Как раз оттуда, снайпер и пошаливал. Разведчикам предстояло прочесать «зелёнку» вплоть до железной дороги.

Разбившись на пары, и выстроившись в цепь, десантники, стараясь не шуметь и держа наготове оружие, двинулись к «железке». Идти предстояло не долго : меньше километра. Вот, впереди замаячил просвет в лесу. Всё! Ещё метров 100, переходим через железную дорогу, и идём в гости.

Вдруг, Карабас, с которым Большой был сегодня в паре, подал сигнал остановиться. Он указал глазами вперёд. Среди веток, Большой разглядел кирпичную будку. Скорее всего – трансформаторную. Потихоньку пошли к ней поближе. Из за будки раздался выстрел…

Не сговариваясь, Большой с Карабасом, прибавили темпа, и перебежкой, добрались к будке почти в вплотную. Метров 15 до стены осталось. Залегли. Получилось это у них очень громко. Не отрывая глаз от будки, Большой прислушался… В будке кто то зашуршал. В вентиляционном окне, под крышей появился ствол СВД. Ствол, посмотрел над головой Большого, потом пошёл в сторону Карабаса, замер и стал опускаться. Ещё чуть-чуть, и Карабаса заметят. А у снайпера оптика – с такого расстояния не промахнётся. Надо что то делать! Стрелять? Так точно не достану… Подствольник! Я из него в окна и поболее, так и не научился попадать… А, была не была… Щелчёк подствольника… Попал!!! В маааахонькое окно попал! Первый раз в жизни с первого раза!!!!
Взрыв внутри будки растворил дверь. По гранате в проём, замерли у двери… Взрывы… Две автоматные очереди вдогон. Вперёд! Большой левее, Карабас –правее. Какой то темный силуэт в углу, в секторе Карабаса… Автоматная очередь. Силуэт пошатнулся и упал. С двух сторон, обходим большую хрень, стоящую по середине будки. Чисто. Заглядываем наверх. На «большой железной хрени» лежит тело. Карабас стащил тело вниз. Женщина…. Половина лица изуродована взрывом, в крови. Грудь в крови. Мертва. В углу, лицом вниз, тело мужчины. На спине выходные отверстия пуль. Много отверстий.

Подоспели остальные парни из группы. Вынесли тела на улицу. На свет. Женщина, может, чуть за 30, светловолосая, не местная, скорее всего. Молодой парень, местный, судя по внешности. У женщины паспорт прибалтийской республики. У обоих в карманах «Беретты». АК 74 и СВД. Пара «эфок». На прикладе СВД – зарубки. Большой посчитал: больше 10ти…
Вот такие здесь живут «мирные» жители. Вот такой интернациональной семьёй….
Большой обошёл вокруг будки. Действительно, будка укрыта зеленью, из за насыпи дороги торчит только крыша с окном для вентиляции, и та покрыта зелёным мхом. С той стороны и не отличишь на фоне леса. От пуль кирпичные стены защитят. Идеальное место для снайпера.


Уже на следующий день, примерно в это же время, Большого, без сознания, везли в госпиталь. Снайперы, за своих мстят, видимо….


Всех причастных: с праздником. Удачи вам братишки. За ВДВ!

Никто, кроме нас.