В целях предупреждения излишней нервозности некоторых особо щепетильных в делах нравственности аффторов хочу предупредить, что все критические замечания по поводу моего облико морале будут с превеликим тщанием сохранены "в компьютер", выведены на печать на мягкой бумаге и употреблены по назначению. Бо я сам гораздо сильнее любых критиков понимаю, какой я был тогда муфлон, и что 3,14дить таких надо было еще в детстве. Дополню, что с тех пор я возмудел и похужал, и стал ярым противником пианства за рулем. Не в малой степени этому мировоззрению поспособствовала и собственно нижеописуемая исторь. Итак, вперед, читатель, я проведу тебя по темным закоулкам моей совести!


Случилось это в далеком 1991 году. Был я тогда студентом второго курса отделения журналистики, отцом трехмесячного бутуза, и ваще расгвоздяем порядочным. Друзья были подстать. Не просить денег у родителей было моим принципом. Я мушшина, и должен кормить семью сам. Поэтому помощь бати ограничивалась то мешком картошки, то полутушей коровки, то ящиком консервы, то еще какой сущей мелочью. На сигареты и водку я зарабатывал сам. Прямо у него в РСУ ночным директором. Плюс стипендия, плюс гонорары. Короче, хватало.

И вот в один из прекрасных дней, а вернее - вечеров, в конце марта, ко мне на службу приехали мои друзья - два парня и деваха. которая была выше их, даже если поставить их друг на друга и заставить подпрыгнуть. Длинная Жанна была. Да и ребята, прямо сказать, не в Сабониса пошли. Но мы отвлеклись. На беду мои друзья вспомнили, что у меня в этот день был день варенья, и не смогли пропусить такого повода. Притащили же они с собой почему-то не варенье.

Дождавшись, когда работяги рассосутся по своим домам предаваться бахусу, мы разложили на столе нехитрую студенческую снедь, и сдвинули бокалы. В деле этом мы преуспели, и часам к десяти вечера были в хорошей кондиции. Смеркнулось.

Неуемные характеры друзей тянули на подвиги. Подмигнув мне, как он думал, заговорщически, Фокс утянул Андрюху "погулять", оставив меня с Жанной наедине. Зря. Ибо к Жанне окромя дружеских чувств я ничего не питал, в отличие от двух этих кобелят. Через полчаса мы пошли искать "сводников", и нашли их в одном из боксов, где эти хорьки пытались завести машину. (тут начинается авто. лучше бы не начиналось).

Как сторож, я было воспротивился этому безобразию, но товарищи были неумолимы. "Хотим кататься!" Жанна была против, но кто ж ее будет слушать? В те суровые времена водилы постоянно тырили друг у друга бензин, и оставлять заправленную машину было верхом безрассудства. Я понадеялся, что дураков батя в гараже не держит (он, кстати, был управляющим производством этой конторы), но эти черти таки нашли зил-тягач, в баке которого чей-то плескалось.
"Ура!" - сказали друзья. "твою мать!" - ответил я. Проблема с отстутствием ключей решилась еще проще - с помощью отвертки. Через пару минут "головастик" бодренько выкатился из бокса, не ведая, какая участь ему уготована.

Не можешь предотвратить преступление - возглавь его. Я забрался в кабину, и мы выехали за ворота. Дело происходило на промышленной окраине города, поэтому, как там пели Верасы вроде "ни людей, ни машин".

Почему люди с некоторым стыдом, но с потаенной гордостью рассказывают о том, как они "рассекали в хлам"? Да потому что это чистый восторг! Идиоты всегда радуются жизни! Мотор ревет, друзья орут, зил гремит на кочках - здорово! В свете фар мельтешит пустая дорога между горгазом и ЖБК. Хрясь! Зил влетает в залитую водой яму, грязная жижа накрывает нас по самую крышу, залепив стекло напрочь. Пока я судорожно ищу под рулем где у зила стеклоочистители, Фокс начинает визжать дурным голосом. "Чего?" -спрашиваю я, повернувшись к нему. "Тормози!" - орут они уже вдвоем.

Вспомнив о педали, я жму на нее, зил глохнет. Мы выбираемся наружу. Посмотрев назад я начинаю медленно трезветь. После этой колдоебины следы машины уходят на заснеженную обочину, подходят вплотную к столбу (тут видимо Фокс и начал "нервничать"), мягко его объезжают, возвращаются на обочину и прерываются в трех метрах от следующего столба. Все эти пируэты я, напомню, проделывал вслепую. Это был первый звонок. Надо было сразу ставить машину в гараж. Но мы ж герои, мля! Еще хотим!

Прокатились в обратном направлении. Андрюха решил облегчиться, и выскочил наружу. Это, как оказалось впоследствии, спасло и его, и нас. Я выехал на объездную дорогу, дабы развернуться. Развернулся. Набрал приличную для "головастика" скорость, завернул на ведущую к базе дорогу и...

В ушах только вопль Фокса, и стремительно надвигающаяся на меня бетонная опора теплотрассы. Этот "Хрясь" был погромче первого. "Фару разбил" - понял я, а в голове уже крутились сцены принародного распятия меня моим строгим батей. Стало холодно. И я с ужасом понял, что лобовое стекло отсутствует как класс. В полной прострации я выбрался из кабины, обошел зил, чтобы посмотреть, что с фарой. И сел прямо в снег. Фары не было. Как не было и крыла, на котром она должна была быть. Как не было и еще половины кабины с правой стороны. Пьяных да малых Бог бережет - я ушиб локоть, а Фокс набил шишку. Все.

Пока я пребывал в нирване, парни суетились, думая, как убрать машину с видного места. Тут и менты могли появиться. Все же лучше с батей разбираться , чем с органами. Фокс придумал гениальное решение, и побежал в гараж, чтобы завести еще одну машину, и с ее помощью утянуть погибший зилок в стойбище. Андрюха тем временем тормознул какой-то грузовик, провел сеанс переговоров с водителем и его напарником, подогнал его к носу зила, цепанул трос, сам прыгнул за руль "покойника". Я, чуть пришедший в себя, залез на подножку спасителей, чтобы показать дорогу. Тут подлетел Фокс на 53-м газике. увидел, что все на мази, и собрался обратно. Наша траурная процессия двинулась с места, и тут я услышал голос Андрюхи, прозвучавший как трубы Апокалипсиса. "Пистец! Фокс ментов задавил!"

Еще не веря в реальность происходящего, я повернулся, и увидел ментовский уазик, торчащий под задницей 53-го с капотом на крыше. Из уазки вылетел какой-то ментик, подлетел к газону, и в истерике начал молотить полосатой палкой ему в стекло. Палки - говно. Увидите деревянный жезл - не покупайте. Он оказался слабее стекла, и сломался пополам, а сам мент упал рядом на колени, визжи от страсти.
(Ремарка.Фокс: Я вижу, вас уже тащат. развернулся. Посмотрел назад. Прикурил. Еще раз сдал назад. А тут - бум. И этот придурок с дубиной в окно чего-то орет)
(Ремарка 2. Это был даже не патруль. Это ментовский водила развозил сотрудников по домам после дежурства. То есть, это была судьба. ему потом самому досталось от начРОВД. за то, что похал не по центру, а хер знает где, и залетел под нас).

Что тут началось! Нет, нас не били. Но через пять минут на пятачке стояло уже пять машин. Все наличные силы мордовского УВД были брошены на наше задержание. Вернее, на извлечение Фокса из машины и приведение меня в чувство. Андрюха тем временем "ушел огородами", прибежал на базу, где они с Жанной за минуту привели сторожку в чинный порядок, а сами пошли посмотреть, чего с нами будет. Андрюха даже помогал таскать рулетку, измеряя место ДТП. А мы уже сидели в собачнике какого-то уазика, и готовились "на зону". Растолкали по трусам и носкам спички и сигареты, обнялись, попрощались.

Через полчаса нас доставили в наркодиспансер, где заспанная молодуха в тельняшке заставила меня дыхнуть в прибор. Прибор икнул и потребовал закуски. "Да вы нетрезвы!" - возмутилась тельняшка. Я не нашел ничего умнее, чем удивиться "А че, бля, так не видно что ли?" Еще через десять минут мы были в РОВД. Но странно, нас даже в обезьянник не кинули, а усадили в актовом зале, куда каждые пять минут кто-то заглядывал, чтобы вживую посмотреть на это чудо.

Еще через пару часов зашел усмехающийся капитан, отдал нам доки и сказал сакраментальное "3,14дуйте!" "Куда?" не поняли мы. "Куда хотите" - ответил кэп, и выставил нас на улицу. Мы пошли сначала медленно, ожидая выстрела в спину. Потом быстрее. Потом побежали. И бежали так все пять км до базы, теряя выпадющие из трусов спрятанные бычки, спички и прочий кал, потому что был март, снежок, а Фокс был в легком джемпере, а я в армейском кителе-афганке.

Не застав никого на базе, мы побежали к Андрюхе, который жил неподалеку. Там мы застали плачущую Жанну, и Андрюху, одетого. как то ли шафер на свадьбе, то ли близкое лицо, идущее за гробом с орденами усопшего на бархатной подушечке. Тут и выяснилось, почему нас отпустили, а не замучали зверски в застенках МВД.

Прибравшись и убравшись домой, ребята задумались над нашей горькой судьбинушкой, и Жанна жестко потребовала "Вытаскивай пацанов с кичи!" Андрюха, несмотря на юный возраст был лыс и бородат. Он одел свой лучший пинжак, синий большевистский плащ с белым кашне, и потопал в ближайший пикет. Там он представился главным инженером РСУ (даром, что такой должности там не было), по книге записей дежурный сообщил ему, что нас отправили в пролетарку. Уж не знаю как, но Андрюха сумел его обаять, пообещав самостоятельно "оттрррын...отттрун...оттранспрртирывать разбитую машину". Во вском случае, тот позвонил в РОВД, что мол нас линчуют по месту работы, и не надо пачкать об нас руки.

Потом был тяжелый разговор с папой, лишение прав на два года (через год я их выкупил). Рабочей версией произошедшего было то, что, мол, когда мы мирно выпивали, к нам прибежал заплаканный водила, который сполз в кювет "прямо вот тут, за перекрестком" и его дома ждали жена и семеро маленьких детей. Мы не смогли устоять, хотя предупреждали, что пьяны. Я сел за руль, выехал на перекресток, развернулся, сдал назад, не "вошел", сдал вперед, забыв туда посмотреть, и впечатался в эту долбанную опору.

"так", - прищурившись по-ленински, сказал мудрый папа, - "Значит сдал туда, сдал сюда, тюк - и все?" "Ага". "Здорово, получается, скорость была километров десять в час. А машина в лепешку, даже стремянку сорвало, и БЦ лопнул!" (Насчет БЦ, мне сдается, он присвистнул, но в остальном так и было). Но мы стояли на своем. В итоге, он сделал вид что поверил.

В пятницу в газетах я впервые фигурировал не как автор, а как персонаж криминальной сводки. Но эти журноламеры все опять переврали, написав, что "сторож угнал машину и врезался в зеленые насаждения". Видели бы они те насаждения! Бетонная херовина два на два метра!

В обчем, с тех пор я если за рулем, то только минералку. В самом крайнем случае, только как тут кто-то сказал "Ночью по лесу за водкой и очень медленно"

Оригинал