Немного слов в двух частях.

1.
-Я тебе сегодня приснюсь – сказал Кот…

… Мы с ним сидели на радуге, свесив ноги вниз и негромко разговаривали. Радуга на ощупь казалась чем то похожа на морской песок – такая же теплая и податливая. Она, как уютный пуфик, принимала форму наших тел и было совсем не страшно смотреть вниз, на зеленые участки лесов, разрезанных дорогами, на мокрые крыши домов, на людей, которые иногда останавливались и смотрели на нас с Котом. Точнее, конечно не на нас, а на красивую радугу, но нам казалось, что на нас.
Кот, сидя справа от меня, щекотал усом руку и смешно болтал мохнатыми ножками. Наверное, для него я тоже смешно болтал ногами, но мы оба, тактично про это не говорили. Мы, вообще еще при жизни, старались относиться друг к другу с максимальным уважением, тактично, что ли. Правда, чего греха таить, были и у нас размолвки, но опять же, мы про них помнили, но о них не говорили. А говорили мы обо всем на свете – о хорошей погоде, о теплом ветре, о книгах, песнях, котах и кошках, о женщинах и доме и, даже, как выразился Кот – «о королях и капусте».

— Смотри! – Кот опустил голову пристально глядя вниз. Я тоже посмотрел туда и увидел, как какой то, полупьяный мужик рвет сумочку из рук у пожилой тетки. Вот она что то громко заверещала, вот он замахнулся. Тетка упала на траву парка, а мужик принялся рыться в сумочке, вытряхивая прямо на землю ненужное содержимое.

— Не нравится мне это все… — Кот задумчиво посмотрел на погрузившегося в изучение чужой сумочки быдляка, отщипнул от радуги большой кусок и, скатав из него что то наподобие снежка, метко запустил в мужика. Тетка, лежащая на земле, застонала и открыла глаза. Мужик оторвался от сумочки и заметив, что жертва подает признаки жизни, замахнулся на нее ногой. Я будто забежав на несколько секунд вперед, увидел как он, скривив лицо, бьет женщину тяжелым ботинком в голову. Раз, другой… Тихо треснула височная кость, женщина обмякла, а выродок, обыскав карманы ее легкой куртки, что то переложил к себе и быстрым шагом пошел прочь. Видение было настолько реальным, что я не сомневался, именно так все и будет развиваться. Но в это самое время кусочек радуги, аккуратно скатанный моим Котом, попал в мужика. Как раз в тот момент, когда женщина на земле пришла в себя, застонала, а выродок занес ногу для удара. Но удара не последовала. Удивленная женщина наблюдала, как тот схватился за сердце, попытался втянуть воздух в легкие, захрипел и упал рядом.

Русские женщины, это настоящие женщины! Иначе она не вызвала бы скорую, не проводила бы реанимацию до их приезда, не интересовалась у приехавших врачей, «как он»? Потом она писала заявление в полицию, потом навещала в больнице этого преступника, потом забирала заявление… Все это мы с Котом видели и живо обсуждали. Он говорил, что женщина поступила правильно, я говорил, что нет. В конце концов, Кот посмотрел на меня мудрыми глазами и сказал, что я много знаю, много умею, но мне еще предстоит научиться добру…

Следующий раз, когда мы кидали кусочки радуги, был не такой неприятный.
— Смотри! – толкнул меня в бок Кот. (Он, почему то всегда все замечал раньше меня). Внизу, по мокрому после дождя асфальту шагал паренек. Молодой совсем, в очках и каких то несуразных туфлях. Вот он зашел в цветочный магазин, что то сказал продавщице и та принялась собирать красивый букет. Где то в полукилометре от него, на другом конце улице, стояла девушка и грустно смотрела, как стрелка часов уже давно перевалила за время, на которое они договаривались встретиться. Она вздохнула, бросила последний раз взгляд на часы и медленно развернувшись, направилась к метро.

Я опять забежал немного вперед и увидел, как паренек дарит ей цветы, они обнимаются, смеются… Проходят года, у них вырастает сын. Обыкновенный пацан, не гений, не звезда. Нормальный, честный и настоящий мужик. Который, в день своего тридцатилетия, выхватывает из под колес несущейся машины ребенка. Который, собственно и станет гениальным ученым в области, отрицаемой всем научным обществом и получит Нобелевскую премию за «Теорию частиц радуги, влияющих на ход событий».

Но параллельно с этим я увидел еще одно, как не дождавшись паренька с цветами, девушка уезжает на метро. И нет дальше ни машины, ни ребенка, не «теории», после доказательства которой, слово «доброта» в обществе, стало не просто словом, а основным направлением развития.

… Я отщипнул маленький кусочек теплой радуги и, скатав шарик, кинул его в сторону уходящей девушки. Жестоко, да, но иногда приходится так поступать. Теплый, еле мерцающий шарик, мгновенно пролетел расстояние до девушки и с громким звуком шлепнулся прямо в лужу рядом с ней, оставив на воде радужные разводы. Грязные брызги окатили девушку с головы до ног. Увидев, во что превратилось платье, которое она одела на свидание, девушка расплакалась и села на скамейку, не зная, что дальше делать. А дальше — паренек с букетом, ее жалобы на неизвестного хулигана, поход домой, свадьба, сын… Ну, дальше вы уже знаете.

… Мы с Котом очень долго сидели на радуге. Разговаривали, смеялись. Иногда отщипывали теплые кусочки и, скатав шарик, кидали его вниз. Эффект от попадания получался такой, какой мы эмоционально заложили в кусочек радуги перед броском.

Один раз даже пришлось бросать несколько раз, целясь в головы одной депутатской, очень влиятельной в думе, группы. Они, сидя за большим столом у одного из них на даче, рассуждали, как правильно протолкнуть закон, ограничивающий зарплаты прожиточным минимумом и отмене пенсионного возраста совсем. Я умею смотреть, я видел, чем это все могло закончится. Закон принят, население в шоке. Волнения, демонстрации, подавление. Вооруженная оппозиция, взорванные электростанции, заводы. С востока запустили (или привезли, не рассмотрел) и взорвали радиоактивный заряд. Люди-уроды, люди-звери вокруг… А ту группу депутатов расстреляли при попытке покинуть страну. Стрелявших не нашли, да и не искали.
Много всего было. Много было переговорено с Котом, много кусочков радуги брошено вниз. И вот настал момент, когда я понял, что все. Это последние минуты, когда мы рядом, вот так, бок о бок, сидим на теплой радуге и разговариваем обо всем и ни о чем…

… Я же сказал тебе, что приснюсь – Кот сидел на краешке кровати и прищурясь смотрел на меня. А я смотрел на кота и очень надеялся, что этот сон когда-нибудь сбудется. «Сбудется!» — подтвердил Кот и мягко спрыгнув с кровати, направился на кухню. «Сбудется!» улыбнулся я, глядя как на кончике хвоста уходящего Кота прицепился крохотный, светящийся кусочек теплой радуги

2.
А вечером, на кровать, опять пришел Кот. – Понравилось? – спросил он и, не дождавшись ответа, продолжил – Тогда сегодня опять приду в твой сон.

… Мы летели с Котом в машине по Новорижскому шоссе, которое, несмотря на вечные ремонты, сегодня было пусто, как никогда. Я небрежно рулил, а Кот сидел рядом, на переднем сидении, пристегнутый ремнями безопасности и, обнаруживая неплохой слух, мурлыкал, одновременно выстукивая на подлокотнике когтями мотив играющей музыки.

- Поднажми, что ли – буркнул Кот, — а то опоздаем. Куда опоздаем, я не знал, но если кот просит и нет причин оказать, то почему бы и нет? Я и при жизни всегда руководствовался принципами, что надо искать возможность помочь, а не причину отказать, поэтому я послушно нажал на педаль газа и машина резво начала набирать скорость. – Ты гони то гони, да меру знай! – Кот прекратил выстукивать мотивчик по подлокотнику и назидательно поднял вверх палец, оканчивающийся белым, изогнутым когтем.

- А ты себе лучше маникюр сделай! – подколол я Кота, — а то сидишь тут, в потолок некрасивым и неаккуратным ногтем тыкаешь. Смотри, испортишь обивку!

Кот задумчиво опустил палец и принялся сосредоточенно рассматривать его. Через минуту он весело хрюкнул сквозь усы и повернулся ко мне: — Ну, подловил, подловил! – Сказал Кот миролюбиво. А я то уж было поверил, что коготь не в порядке…

Машина летела, разметка мелькала права и слева, сливаясь в две белые змейки. На душе было тепло и хорошо от того, что исполнилась моя мечта – мы вместе с Котом ехали вдвоем в никуда. Без цели, не выбирая маршрута, куда то в сторону низких облаков на горизонте. Просто ехали и разговаривали. Как старые друзья. Как вечные друзья.

Я даже сразу и не понял, что случилось.

Только отметил краем глаза, как Кот дернулся в мою сторону, схватил руль, оцарапав его выпущенными когтями и резко крутанул его в сторону. В последний момент я заметил отчего-то знакомого мужика, который выхватил из-под колес ребенка. Откуда он там взялся, ума не приложу! Вроде я смотрел на дорогу и на все расстояние, куда хватало взгляда, не было ни людей, ни машин. А тут такое…

Я по старой, человеческой привычке тут же нашел виноватого: — Это все ты, Кот! Поднажми да поднажми! Быстрей захотел ехать! Ну как, прокатились? Кот смотрел в боковое окно и сквозь дым от загоревшегося после удара о разделительный бордюр двигателя и не отвечал. Я проследил за его взглядом и увидел, как на обочине, присев на корточки стоит мужик, показавшийся мне знакомым, а перед ним стоит спасенный мальчишка, одной рукой вытирая слезы, а другой обнимая за шею спасителя.

Капот машины уже охватило пламя, а ты сидели и смотрели на эту парочку.

- Ну ты понял? – Кот ткнул меня лапой в бок и кивнул в их сторону.

- Да понял, понял – не отводя взгляда от парочки на обочине ответил я. Это, тот самый мужик, который сын того, неуклюжего очкарика, который… Ну, ты сам помнишь…

Странные выкрутасы приготовила мне судьба после жизни. Был удар о бордюр, но мы его не почувствовали. Машина горела, но нам это не причиняло вреда. Правда запах был ужасный, но мы и не такое нюхали при жизни. Да, Кот?

Кот молчал и, прислонившись щекой к стеклу, смотрел сквозь дым на то, что мы видели с ним вчера. То, что вчера еще не сбылось, а сегодня уже было реальностью. Правда сколько времени прошло уже между «вчера» и «сегодня», трудно было представить, но по моим прикидкам, лет тридцать пять, точно.

Прикинув в уме эту цифру, я чуть не заржал в голос как лошадь, обнаружившая под попоной ежа. Тридцать пять лет, а Новорижское шоссе до сих пор в ремонте, как и при жизни! То-то я не сразу увидел такой разрыв во времени.

… А потом мы с Котом вылезли из разбитой машины и шагнули на радугу. Радуга как раз начиналась метрах в десяти, и уходила цветной лентой в облака. Мы не спеша шагали ввысь и обсуждали судьбоносные вихри, которые странным образом накручивают события в нашу жизнь. И после жизни тоже.

А внизу суетились пожарные, полиция. Бездушные пассажиры проезжающих мимо машин, снимали происходящее не телефоны, пара свидетелей, которые ехали за нами, стояли около полицейского и рассказывали о случившимся, периодически с ужасом кидая взгляды на, никак не желающую тухнуть под пожарной пеной, машину, где догорали мы с Котом.

Откуда им было знать, что в этот самый момент я и Кот бодро шагали вверх по разноцветной дороге и обсуждали перипетии нашей судьбы.

… Внизу, прямо под радугой, на которой мы сидели, неслась машина. Я видел, что через минуту она прибавит скорость, после чего ей под колеса выскочит ребенок, который будет спасен мужиком, которому в этот день исполнилось тридцать лет. Кто едет в этой машине я знал. Поэтому отщипнул от радуги небольшой кусочек, слепил из него шарик и прицелился в водителя.

-Погоди… — Кот тронул меня за рукав рубашки. Тебе разве плохо сейчас? И ты хочешь все изменить? Тогда бросай… Если хочешь…

И тут я понял, что мой Кот опять прав. Что он знает меня лучше меня самого. Я не хотел ничего менять, ибо хрупкие звенья случайных событий, которые сплелись в тонкую цепочку судеб, можно было разорвать одним неловким движением. А я видел, насколько удачно сплелась эта цепочка.

- На – я протянул радужный шарик Коту. Он взял его, хитро прищурился и тщательно прицелившись, кинул куда то вдаль. Маленький, светящийся шарик скрылся в облаках…

… В 1993 году я, будучи студентом, стоял около метро «Варшавское» и прикидывал, хватит ли мне денег на хот-дог и автобус до дома. Денег было в обрез и вырисовывалась трудная дилемма, либо еда, либо дорога. Правда был еще выход – еда и дорога зайцем. Пересчитывая бумажные деньги я не заметил, как сзади подошел наглухо пьяный мужик и ткнул мне в правую часть, чуть ниже ребер, нож. И только в последний момент, что то ударило его по руке, нож скользнул правее и клинок, даже не поранив меня, прошел горизонтально земле, правее руки. От неожиданности я отпрыгнул, а мужик не удержавшись на ногах, грохнулся в лужу. Он был настолько пьян, то поднялся только с третьей попытки и, что то бурча себе под нос, поковылял к входу в метро…

Я еще не знал, что меня ждет через много лет. Тогда у меня было много друзей и мало денег, много времени и мало ответственности, много планов и мало возможностей. Сейчас все изменилось с точностью до наоборот, но действительно, стоило прожить эту жизнь, что бы вот только сейчас встретить своего Кота.

PS. События, произошедшие около метро «Варшавское», происходили в действительности. И кто знает, может действительно Кот отвел…