Пионерский лагерь

Индекс материала
Пионерский лагерь
Часть 2
Все страницы

Конец августа. Конец лета. И вспомнилась мне история, моего пребывания в пионерском лагере. Нет, я не буду рассказывать о своём пионерском детстве. Там, конечно, тоже есть что рассказать, но это тема не для этой конфы. Расскажу я лучше о том, как я поехал туда работать.


Итак.
Конец июня 96го года. Я, недавно демобилизованный, «отдыхал» после нелёгкой службы. Почему слово «отдыхал» в кавычках? Что ж, поясню. Через две недели после моего увольнения, в нашем местном отделении милиции, моих родителей уже знали в лицо. Сам начальник отделения здоровался с моим батей за руку. Экипажи ППС, проезжая мимо, сигналили мне в знак приветствия.
Не то, что бы я был каким преступником. Ну разве преступление, оказаться без документов в не очень трезвом виде в 500х метрах от дома? Подумаешь, отказался идти в патрульную машину для доставки в отделение «до выяснения». Что страшного в том, что я упорно тащил на плечах упирающийся экипаж этой самой патрульной машины в направлении своего дома? Зачем? Так что бы привести милиционеров домой и уже там, показать документы и пр. И чего сопротивлялись?
Ну да, ну распивал спиртные напитки на козырьке над подъездом и песни орал оттуда в 2 часа ночи. Может, у меня душа в небо просилась, с бренным телом вместе. Ну, помог контролёрам вывести безбилетного пассажира из троллейбуса. Не важно, что вместе с контролёрами и водителем этого троллейбуса. А то, что они все по очереди, об этот самый троллейбус ударились – так темно было! Я же как лучше хотел. Проучить. Так сказать, что бы впредь… Ну и далее в таком духе. Каждый раз, если к 7ми часам утра я дома не оказывался, родители звонили в отделение милиции и шли забирать меня «тепленького».
Последней каплей был мой приход домой в 4 часа утра в «уставшем» состоянии. Пытаясь никого не разбудить и не шуметь – не зажигал свет. Покушал, что было на плите, в кастрюле и спать лёг. Нет, утром то конечно выяснилось, что покушал кашу, для собаки приготовленную. Да и спать лёг на собачьем коврике, нагло потеснив его законную владелицу - собаку. Тем же утром, мама выдвинула мне ультиматум: иди работать! А что бы ты не затруднялся с поисками, езжай работать в пионерский лагерь. Наша знакомая там бухгалтером, вот и тебя пристроит.

Знакомство.

В общем то, я не возражал. Полный пансион, свежий воздух, молоденькие пионервожатые. Не важно, что мизерная зарплата, я же отдыхать ехал.
И вот, в начале июля, с началом второй смены, вместе с пионерами я был доставлен к месту работы. На должность истопника. Сразу же, лично начальницей лагеря, я был представлен сменщику Коле. Пожилому мужичку с красным носом и недельной щетиной. Переминаясь с ноги на ногу, пока начальство отойдёт на приличное расстояние, Коля первым делом спросил: выпить привёз? Естественно, у меня с собой было! Был быстренько организован стол. И уже за столом, под литр водки, я был посвящён во все тонкости профессии. На огонёк подтянулись физруки лагеря и шеф-повар. Из физруков, тот, который поменьше – звался Иваном (не помню отчество), а тот, который побольше - Дуремаром. Тоже не помню уже его имени, но в народе его звали Дуремар. За лужёную глотку и за то, что он от нечего делать, гнул пальцами гвозди. Познакомились. Как я потом узнал, Иван работал тренером по боксу. И все знакомства с новыми сотрудниками, предпочитал проводить через ринг. Если кто отказывался – не видать человеку уважения Ивана. Я не отказался, встреча была назначена на завтра. Дуремар же, узнав про мою службу в ВДВ, предложил мне, уже изрядно захмелевшему, посоревноваться в отжимании от пола и подтягивании. Встреча тоже была перенесена на завтра. Откуда то появлялась ещё водка, потом ещё… Утром я проснулся в постели в своей комнате. Страшенная головная боль напоминала о вчерашнем. Кое как умывшись, я попёрся в столовую. Давешний собутыльник, шеф-повар, молча протянул мне огромную миску куриного бульона и тарелку гренок. Жизнь стала налаживаться.
Выйдя из столовой уже почти полноценным человеком, я отправился осваивать свою новую профессию на практике. Надо сказать, что ничего особо умного не было. В 4 утра, надо было почисть печку от шлака, развести на дровах, потом, включив поддув, топить углём. Так же нужно было следить, что бы не падал уровень воды в резервуаре с горячей водой. Ну и, соответственно что бы не падала температура этой самой воды. Ничего сложного, кроме раннего подъёма. Послушав Колины инструкции до обеда, я снова отправился в столовую. Где и попался на глаза молодцам-физрукам. Оба, свеженькие, что огурцы на грядке, напомнили мне о вчерашнем договоре. Что ж, место и время встречи было назначено. И, после общелагерного тихого часа, меня ждали на спортплощадке.
Поспав, как пионер, положенные два часа тихого часа, и проснувшись совсем свежим, я отправился на полдник, а оттуда – на спортплощадку. Там меня уже ждали оба физрука, с ватагой пионеров, посещавших спорткружки в первой смене. Все ждали зрелища. Мне вручили боксерские перчатки. Дуремар вызвался судить встречу.
Всё как положено: приветствие, расходимся в разные углы импровизированного ринга… Начали…
Не скажу, что я такой уж прямо боксёр. И по очкам я проигрывал вчистую. Но преимущество в весе и физической силе – много значат в боксе. Уже в третьем раунде, Иван был повторно сбит с ног и, малеха «затоптан» мной. Встреча была остановлена с результатом «ничья».
Я сходил умылся и закурил на лавочке. Нарисовался Дуремар с напоминаниями о вчерашнем договоре. Что ж пришлось идти. Этот оказался хитрее. Сказав, что самому ему в упор лёжа падать не пристало при учениках, он выдвинул лучшего. Пацана лет 13ти, чемпиона лагеря в прошлой смене. Уже не помню цифры, но рекорд лагеря я побил. Причем в 2 или 2,5 раза. И это всё на кулаках на асфальте, что вызвало дополнительное уважение. Никто ведь не знал, что дисциплина в армии у меня хромала, и выполнять команду «упал-отжался» приходилось ох, как часто. Мои двадцать подтягиваний, из них 17 чистых, окончательно закрепили произведённый эффект.
На следующее утро, я проснулся одним из самых уважаемых людей лагеря. Сыграла роль и неслабая рекламная компания физруков. Проснулся и… Понял, что проспал! Часы показывали половину 7 го, а я в 4 утра должен был топить печку. Быстрые сборы и через 10 минут я на рабочем месте. Пока наливалась вода, я успел почистить печку и разжечь её на дровах. Всё делалось, как в ускоренном кино. К завтраку, температура воды была порядка 30 градусов. Что абсолютно не подходило к требованиям санитарных норм для мытья посуды. Меня слегка пожурили в столовой и попросили «температурку то повысить».
Что ж, полный сил и энергии, я накидал в печку угля, что называется «с горочкой», врубил на полную поддув, долил в резервуар воды. И, сморённый ласковым солнышком, уснул на лавочке, возле кочегарки. Разбудили меня две пионерки. Глаза у девчушек были размером с блюдца. Перебивая друг дружку, они что то залепетали. Обе тыкали пальцами, куда то в сторону от кочегарки. Я перевёл взгляд в указываемом направлений… Уйёёёёё! - вырвалось у меня. 8 тонн! А именно столько было в резервуаре с горячей водой. 8 тонн воды кипело! Резервуар, поднятый для создания напора воды, метров на 10 от земли - ходил ходуном. Четыре железные сваи, на которых резервуар был установлен, вибрировали, словно струны у гитары.
Я ломанулся в кочегарку. Ревущее пламя, выбивающееся из под заслонки, гудящие и вибрирующие котлы… Я отрубил поддув, задвинул заслонку, что бы успокоить пламя. Открыл на полную подачу холодной воды.
Через 15 минут всё утихло. Подвиг Чернобыльской АЭС я не повторил. И слава Богу… Пока обедал – выслушивал похвалы за очень горячую воду и вообще, что выслушав порицания, сразу исправился.
После обеда, в Колиных закромах мной был найден сварочный аппарат. Видимо, приготовленный на продажу. С комплектом кабелей, маской и кучей электродов. От нечего делать, я подварил тачку для угля, забор вокруг кочегарки. Потом аппаратец я спрятал. Уже в другое место – до лучших времён.
На следующий день, была смена Коли. Отсутствия аппарата он не заметил. Зато я получил втык за беспорядок на рабочем месте. С колиных слов, все прибамбасы типа кочерги, лопаты и прочих приспособлений, должны находиться на специальном щите в кочегарке. А не стоять в углу. Судя по синеве на лице Коли, на какую то кочергу он таки наступил. И отсутствие на щите крючков, куда это всё можно повесить, его интересовало меньше всего. «Прояви смекалку и старших слушай» - выдал Коля под конец своей пламенной речи. И, сменив тон, заискиваюше спросил: «Лёх, я денег дам, сбегаешь в деревню?».
Сбегать то, я сбегал. И законную рюмку «за ноги», Коля мне налил. Но осадочек, касаемо щита, у меня остался. В следующую свою смену, Коля обнаружил все инструменты на щите. Но… Намертво к нему приваренными. Аппарат сварочный, иногда творит чудеса. Рядом со щитом, аккуратненько лежали остро наточенное зубило и молоток…

Я меняю должность.

Тут надо рассказать про население лагеря. Пионерским он быть перестал по причине отсутствия пионерской организации. Теперь звучал как «оздоровительный лагерь». Со второго по пятый отряды, действительно, в лагере оздоравливались и набирались сил дети. В первом же отряде, находились индивиды 16-17 лет, которых, как и меня, впрочем, родители отправили с глаз долой, что бы дома не куролесили. Завод, от которого был лагерь, тогда ещё кое –как держался на плаву, обеспечивая работу лагеря и почти халявные путёвки для детей сотрудников. Чем те и пользовались…
Если дети 2-5 го отрядов отдыхали, как того требовал распорядок дня, то первый отряд был бичём лагеря. Парни курили чуть ли не в открытую, частенько бегали в деревню за водкой и сигаретами, были случаи даже драк с местными. Девчонки же, делали в общем то всё тоже самое, но ещё строили мне глазки и демонстрировали свои вполне уже созревшие фигурки. Отрядом пытались управлять, аж четверо вожатых, на 2-3 года старше великовозрастных пионеров. Увы, без особых успехов.
В лагерь так же частенько захаживали местные деревенские подростки, и дачники. В общем, бардак полнейший. Ситуацию кое-как пытались контролировать начальница лагеря, физруки и охранник, он же сторож, он же пожарник лагеря, по кличке Вурдалак. Основной своей обязанностью, Вурдалак считал лишь оперативный вызов соответствующих служб по телефону. Т.к. по причине возраста и развивающегося цероза печени, какие либо ещё действия предпринять не мог. И вот, вечером вовсю гремела дискотека, посвящённая открытию смены. Я шёл домой, а мне навстречу, семенил изрядно напуганный Вурдалак. « Вот ведь стервецы! – запричитал он. Сидять у бассейна, курят, водку пьют! Я им говорить начал, а они меня на х.., и по матери, по матери… Да ёщё бутылкой в меня пустой кинули! Вот бегу в милицию звонить…»
Я попросил его повременить с милицией. Пошли мы с ним вместе на безобразия творимые смотреть. Действительно. На трибуне, возле бассейна, над двумя бутылками водки, сидела кучка тинейджеров. Там были и пионеры из лагеря, и деревенские. Наше с Вурдалаком появление было оставлено без внимания. Один из тинейджеров, скрутив пробку, принялся разливать водку по пластиковым стаканам.
Пришлось бутылку отнять и демонстративно вылить. Вурдалак, сопровождал каждый «бульк» тяжёлым вздохом и грустнел на глазах. Тинейджеры же, таки обратили ко мне взоры. «Ты ох.ел?» - спросил один из них, и тут же оказался с головой в бассейне. Потом его участь повторили оставшиеся, уже притихшие. Вурдалак, бегая по краю бассейна кричал, что ещё если раз… Да если только… Да Лёха вас… И так далее. Я же только кивал головой. И пригрозил на прощание: «Ещё раз увижу – искупаю снова».
Оставшаяся бутылка водки, полпачки «Магны» и пакет чипсов, были захвачены нами как трофей. И, уничтожены совместно с Вурдалаком.
В процессе уничтожения трофеев, Вурдалак пожалился мне, что тяжело ему на трёх должностях то. Что платят мало. Я понимающе кивал.
«Слушай – спросил Вурдалак. А иди-ка ты охранником работать? А?»
Я, чисто автоматически, кивнул. Мне было всё равно, что делать. Работа истопника сильно не напрягала. Охранником, так охранником.

Уже утром следующего дня, я был оторван от печки и вызван к начальнику лагеря. В кабинете сидели физруки, начальница лагеря и ухмыляющийся Вурдалак. Из кабинета я вышел уже в новой должности охранника и с приказом передать дела по кочегарке одному из слесарей. В мои новые обязанности входило вечерние и ночное дежурство по лагерю, с задачей поддержания порядка и недопущения шатаний пионеров после отбоя. Что ж, охранник, так охранник…

Пожарная машина.

После первой же ночи дежурства, были пойманы два пионера и вожатая. Все были отправлены по места положенной дислокации. Слух о моём подвиге у бассейна разлетелся по лагерю в мгновение ока. Меня побаивались. Что очень даже играло мне на руку. Никто из пойманных, даже не пытался пререкаться. Все, покорившись судьбе, склонив голову, в моём сопровождений шли в отряды. Где и передавались с рук на руки вожатым. Не обошлось и без трофеев. У пионера была конфискована почти полная пачка сигарет. Утром, я по честному, пытался сдать «конфискат» нач. лагеря, но та, будучи некурящей, в трофее не заинтересовалась… Я сходил на завтрак и уже собирался спать. Вдруг, в дверь моей комнаты
Тревожно застучали. У порога стоял Вурдалак. С лицом полным скорби он заговорил.
Из путанных объяснений, я понял, что в лагерь завтра приедут с проверкой пожарники. Так вроде бы всё в порядке, но вот машина… Оказывается в лагере, на балансе есть пожарная машина. Положена на всякий пожарный случай. Но машина эта не заводится. Вообще! А должна! И что с ней делать, Вурдалак не знает. И не мог бы я помочь, ну как-нибудь… А то ведь его, Вурдалака, с работы снимут…
И ведь хитрый оказался Вурдалак! Знал к кому идти! Я ж только физруку говорил, что в автосервисе до армии работал…
Ладно, делать нечего. Пошли. Не буду описывать технические подробности, скажу лишь, что к полднику машина завелась. Конечно, аккумулятор мы спёрли с УАЗика нач.лагеря, бензин слили с продуктовой машины, но результат всех удовлетворил. Потом дошло дело до насосов. Пара прокладок нашлась у сантехника. Им же вырезаны были недостающие. И поехали мы проверять насосы.
А где взять воду? Правильно! В бассейне. Правда не подумали мы тогда, что бассейн лагерный невелик, и утрата 4х тонн воды для него ощутима. Но, это было потом. А сначала, накачав полную бочку воды, мы Вурдалаком поехали поливать дорожки. Два дела полезных сделаем, решили мы: и дорожки помоем, и насос испытаем.
И вот, распугивая пионеров, по лагерю ехал пожарный ЗИЛ. Счастливый Вурдалак держал рукав, из которого лилась вода, а я рулил. У домика начальницы лагеря, мы помыли дорожку и, начав объезжать клумбу, я решил пройти поворот поэффектней и дал газу. Не знал я тогда, что давление в воды напрямую зависит от оборотов двигателя! Ох, не знал… ЗИЛ рванулся вперёд, рукав в Вурдалаковых руках вверх… Как итог: в минусе клумба, стёкла в домике начальницы и так, по мелочам из бытовой техники что то…
Да, нас критиковали. Я бы даже сказал: очень сильно критиковали. Но сам факт оживления металлолома сыграл нам на руку, и мы были отпущены с миром. С миром до тех пор, пока начальница не добралась до полупустого бассейна. Правда, здесь для меня «торпеда мимо прошла» - я спал после ночи у себя в комнате. А вот Вурдалаку пришлось отдуваться по полной программе.
Единственное, что в машине не работало, так это громкоговоритель. Видимо был установлен дополнительно, для оповещения лагеря о пожаре. Вот в этом я был не силён, пришлось снимать блок и нести к одному из кружководов. Который, надо отдать должное, починил блок за три часа. Эх, лучше бы не чинил… Встрял я через этот громкоговоритель, встрял по самое не балуйся…

Шутки бывшего пионера.

Как я уже писал раньше, я подвергался атакам пионерок первого отряда. Но, был стоек как кремень, и на провокации не поддавался. Про записочки и просто разговоры умолчу. Достали! В скором времени, атаки переросли в боевые действия. Днём, когда я мирно спал после трудовой ночи, кто то замотал душку на двери, куда вешается замок, проволокой. И губной помадой нарисовал сердечко. Пришлось мне выходить через окно. Сердечко с двери я стёр, но пунктик в памяти остался. И вот, ближайшей же ночью, отрыв Колин сварочный аппарата, погрузил его в тележку, взял пару электродов и покатил. Электрощит, куда подцепить аппарат, я нашёл быстро. Пару минут работы и моя месть исполнена.
Утром, с сигаретой в зубах, я наблюдал, как пионерки первого отряда во главе с вожатыми, пытаются выйти из корпуса. Вот, одна из вожатых, вылезает из окна, что бы открыть дверь с наружи. Ан нет! Душки для замка – заварены. Двойным швом…
Кстати, в ту ночь я раздухарился! И провернул ещё одну шутку. Был у Вурдалака телевизор. Маленький такой, КВН назывался. Ещё который с линзой у экрана. Хоть и старенький был телевизор, но исправно показывал одну программу, которой Вурдалаку вполне хватало. Так вот. В ту линзу заливается вода дистилированная. Не знаю, зачем это придумано, но это так. И вот, вечером, Вурдалак был обнаружен мной на лавочке, возле своего домика, в ну ооочень уставшем состоянии. Я, конечно, занёс боевого товарища. Спать уложил. Во время короткого проблеска сознания, Вурдалак попросил включить телевизор. Я и включил. Только перед этим запустил в воду в линзе пяток гуппи. Рыбок маленьких в живом уголке из аквариума выловленных.
На утро, всклокоченный Вурдалак прибежал в лагерной докторше со словами: «Всё! Лечи меня Михална, или скорую вызывай. Допился! Белочка у меня. Просыпаюсь утром, телевизор работает. Новости кажет. Так там помимо диктора рыбки плавают. Выключаю телевизор – дикторша погасла. А рыбки то нет! Всё, допился… У кого черти скачут вокруг, а у кого рыбки в телевизоре…»

Так же, имел место быть случай с деревенским. После принудительного купания в бассейне, а так же учитывая мой грозный «имидж», появление нежелательных лиц на территории лагеря прекратилось. Почти. В открытую по лагерю уже никто из посторонних не ходил. Я ловил пару раз ночью «диверсантов» и стой и с другой стороны, но это было не систематически. И вот однажды, под вечер, заметил, что несколько человек деревенских перелезли через забор. Увидев меня, кучка засела в кустах и притворилась фантиками. В этот момент, завершив полив территории, на пожарке возвращался на хоздвор Вурдалак. Я помахал ему рукой, он подъехал. Пара секунд на обрисовку плана и мы начали действовать. Я забрался наверх машины. Взял в руки рукав. По команде, Вурдалак включил помпу. Я прокричал в кусты: «Я вам обещал, что ещё раз увижу – искупаю. Так вот ловите». Я направил струю вверх, так, что бы вода падала на пацанов сверху. Но тут подвёл Вурдалак. Толи желая отомстить пацаном зато, что его когда то посылали, то ли случайно. Он нажал на газ со всей силы. Вода под огромным давлением, пыталась вырвать рукав из моих рук. Я понимал, что если я его отпущу, рукав может меня просто прибить. Держался я до последнего, до отрыва моих ног от земли. Опять же, как итог: Деревенских снесло вместе с кустом, раздолбанный фонарь освещения и мы с Вурдалаком, мокрые до нитки. Радует одно. В качестве трофеев нам опять досталась бутылка водки.



Вот в общем то и всё. Отработал я в том лагере неполные две смены. Неполные потому, что за пять дней до конца третьей смены, был уволен. Не скажу за что. Скажу лишь, что пожарная машина с её громкоговорителем, принимала активное участие.