Гримаса свободного расписания

События произошли зимой 1980 года.

По распределению после окончания института Шурик отработал на одном вполне себе режимном предприятии свои три года и привык мчаться в полусне на работу на автопилоте, по маршруту, не так чтобы рассчитанному до секунды, но позволяющему не терять ни одной попусту. Интересующей нас в этом рассказе частью этого маршрута
был выпрыг из трамвая и полушаг-полубег по проезжей части Лиговского проспекта к дверям станции метро строго по гипотенузе треугольника, катетами которого были примерно 20 метров до противоположного тротуара и 100 метров до метро по этому тротуару. Поскольку происходил этот забег в тот час, когда счастливые обладатели самобеглых колясок в массе своей только просыпались, а водители грузовиков и персональных Волг только выезжали из ворот автобаз и гаражей, то основной вероятной неприятностью была в общем-то возможность появления необходимости (нет, круто загнул, а?) слегка отклониться от упомянутой гипотенузы и удлинить этим путь на пару метров в случае встречи с одиночным братоубийственным снарядом на колёсах. Который и видно и слышно было в такой ситуации издалека. Впрочем, лирическое отступление насчёт гипотенузы к дальнейшим событиям особого отношения не имеет, написано для воссоздания атмосфээры, так сказать. Главное - выпрыг из трамвая. Это был действительно выпрыг - Шурик, парень рослый и крепкий, заранее выполнял тактические перестроения в трамвайной давке с тем, чтобы к своей остановке занять место перед дверьми на палубе этого электрохода и не допустить наличия препятствия между собой и дверью в виде других пассажиров на ступеньках. Прыжок осуществлялся в момент начала открывания дверей, тело пролетало в ещё не полностью открытую дверь, которая обычно начинала открываться при ещё не полностью остановившемся трамвае. Таким способом Шурик получал на халяву хороший стартовый импульс для дальнейшего забега, который надо было использовать и поддерживать установившуюся скорость. Приём был отработан и исправно служил годами. Которые наконец пролетели и Шурик смог реализовать своё устремление - вернуться в родной институт уже в качестве сотрудника. Чтобы набраться ума, занимаясь интересным двиганием науки и написать диссертацию, а потом уже тратить деньги и время на выпивку и женщин, что он вообще-то с успехом мог делать уже сейчас, как сказал некогда Михал Михалыч. Видимо, юношу манил пряник в виде предположительно большего объёма денег и предположительного романтического воздействия на женщин буковок к.т.н. А может тогда так и было. А ещё, и, возможно, это и было главной причиной, Шурик был разгильдяй по жизни и очень не любил необходимостей. А в институт только изредка надо было приходить как штык к какому-то означенному времени - там люди работали на собственные диссертации, а не на страшное и не очень понятное в военизированном НИИ существо План, и никого из вышестоящих особо не интересовало когда человек пришёл на работу. Ну если не было намечено, конечно, никакой встречи или ещё какого мероприятия и не этого человека очередь была обеспечивать сегодня священную корову - Учебный Процесс. Несколько месяцев Шурик жил постоянно на грани оргазма от того, что вот в любой момент, ну просто прямо сейчас, он может встать, выйти на улицу и пойти например в магазин или просто пройтись по Ботаническому Саду. И на работу прийти когда получится. А получалось с каждым днём всё позже и позже. С работы, впрочем тоже, но это неважно. А важно то, что момент перемещения из дому в сторону метро существенно сдвинулся, а вот манера этого перемещения сохранилась. На уровне рефлексов. И, наконец, случилось. Когда Шурик в очередной раз совершал свой коронный выпрыг, трамвай догонял не менее торопливый водитель персональной Волги директора какого-то магазина. Он торопился потому, что не рассчитал с утренней халтуркой и опаздывал забрать хозяина из дома. Поэтому, увидев, что трамвай останавливается, он притопил - пока встанет, пока двери откроет, пока люди по ступенькам слезут - проскочим! Водитель он был опытный, хотя и достаточно молодой, с хорошей реакцией, поэтому когда, пролетая мимо задней двери трамвая, увидел вылетающее из средней тело, он успел ударить по тормозам и дать руля вправо, а когда тело было подсечено в полёте в голень левым передним крылом, наоборот, влево, как бы обтекая корпусом это тело. Тело вмяло задницей лобовое стекло, продавило затылком крышу и свалилось, снеся опять же задницей левое зеркало, но не попав под ушедшие вправо задние колёса. В восприятии Шурика всё было проще гораздо. Он привычно прыгнул и вдруг мир просто исчез. Человеческий глаз не в состоянии видеть предметы, движущиеся быстрее определённой скорости, а скорость вращения Шурика вокруг правой голени эту скорость, похоже, превзошла. Потом удар по голове - и тут он понял смысл присловья - увидел 700 огней и каждый своего цвета. Потом он лежит на асфальте и в нескольких сантиметрах от глаз, возникая из серой пустоты как изображение на фотобумаге в ванночке с проявителем, проезжает автомобильное колесо. Шурик встал и пошёл искать очки. Метрах в 20 впереди стояла Волга, от которой к нему бежал с перекошенным от злости лицом какой-то незнакомый парень, крича - "Разве можно так выпрыгивать?". Как в сказке, откуда ни возьмись, появился молодой человек гражданской наружности с кожаной папкой под мышкой, продемонстрировал водителю какой-то документик красного цвета и сказал ему что-то типа "всё под контролем". Конечно, что-то другое он сказал, это сейчас такая ассоциация. Кстати, впоследствии, обдумывая случившееся, Шурик пришёл по этому поводу к двум выводам: а) а они, блин, действительно везде среди нас и действительно надо поменьше болтать и выёживаться б) от них не только один вред. Этот молодой человек отмахнулся от слов Шурика - да я в порядке и вообще я пошёл - и сказал что сейчас вызовет ГАИ. Но тут все трое увидели, что у дверей трамвая на дороге лежит без сознания какая-то женщина. Водитель побледнел и сказал - Господи, а эту-то я как зацепил? Молодой человек предложил водителю под его контролем свезти её в ближайшую больницу и Шурика на всякий случай тоже, хоть он и хорохорится. Они втроём погрузили женщину, уселись сами и поехали. По дороге Шурик почувствовал, что молодой человек был прав - правая нога заболела и боль стала быстро усиливаться. В коридоре больницы, в ожидании приёма, водитель стал просить Шурика, чтобы он сказал в ГАИ, что не выскочил из трамвая, а выбежал из-за него, мол дочке три месяца, права отберут, кормить нечем будет... А тебе я всё сделаю, больничный оплачу... Шурик, понимая, что на самом деле тоже не ангел в этой ситуации, сказал - если переломов нет, то чёрт с тобой. И тут же ушёл в отключку. Ну там нашатырь, всё такое. Рентген, забор крови на алкоголь, ещё что-то... это всё как-то смутно. Когда мир прояснился, он обнаружил себя выводимым какой-то женщиной в белом халате на улицу со словами - переломов нет, сильный ушиб. Куда все остальные делись - не помнит. Долго ковылял домой - один раз попытался сесть в трамвай, но долго топтался по направлению к двери и ногу поднять на ступеньку достаточно быстро не смог, больно и не слушается, вожатый закрыл двери и уехал. Дня через три домой к нему пришёл водитель Волги, рассказал что женщина просто упала в обморок от страха, в больнице пришла в себя, стребовала с него денег на такси, псокольку опаздывает теперь из-за него на работу, и исчезла. Молодой человек гражданской наружности (кстати, Шурик у себя в кармане нашёл бумажку с его телефоном на случай если потребуется) ушёл сдавши их врачам и вызвав ГАИ, которое почему-то приехало тоже в больницу и утащило водителя на место происшествия оформлять протокол. Предлагал Шурику какие-то деньги, тот отказался (на работе уже сказали - болей сколько влезет, больничный оформлять не надо, будешь зарплату получать. Сколько влезет оказалось 4 месяца - вся нога от колена посинела почти в черноту, куча всяких процедур). Шурик написал показания, устраивающие водителя. Тот, расчувствовавшись, сказал, что возит директора Фрунзенского универмага, говори что хочется, любую вещь достану. А тогда всё действительно доставалось, а не покупалось. Ну, раз уж предлагают... Тогда в моде были ушанки из серого кролика, ну что ж, приноси, типа символа, но деньги я заплачу, твоя только услуга. Распрощались чуть не друзьями. Больше Шурик его не видел. Естественно, как он говорит сейчас, набравшись жизненного опыта. И удивляется - ведь ничего не хотел, не просил, даже где-то чтоб не обидеть человека, искренне предлагающего услугу, сказал про шапку эту ерундовую. И по большому счёту, оглядываясь назад, говорит что даже и не ждал выполнения обещания. Вот только почему, говорит, до сих пор, как вдруг вспомню по какому-нибудь случаю, становится как-то не то чтобы обидно, но грустно как-то. Человеческая душа - странная штука.